. миры Геннадия Тищенко .

 

 

 
 

 

 
 

Миры планет Солнечной системы и других звёзд я рисовал, сколько себя помню. Когда на уроках рисования давали свободную тему, я неизменно пробовал рисовать пейзажи других планет.

 

Тем более что с пятого класса я ходил в астрономический кружок и рисовал иные миры, основываясь на научных данных. Лишь два авторитетных для меня человека поддерживали и вдохновляли меня в то время: мой школьный учитель физики Арнольд Минаевич Шлимак и руководитель астрономического кружка при Бакинском Дворце Пионеров им. Гагарина Сергей Иванович Сорин.

Ни семьи, ни своих детей у Сергея Ивановича не было, и он буквально жил в астрономическом кружке, полностью отдавая себя астрономии и нам, его детям. Возможно, поэтому из нашего астрономического кружка вышло немало серьёзных учёных и деятелей культуры.

В моей родной школе №6 Арнольд Минаевич организовал один из первых в СССР "музеев освоения космоса" и мне пришлось немало потрудиться над его оформлением. Во всяком случае (это я помню совершенно точно), впервые масляными красками на холсте я писал именно для нашего школьного "музея космонавтики" (это был вид Земли с орбиты искусственного спутника).  

Хочу отметить: несмотря на множество тяжелых испытаний, я считаю себя очень счастливым человеком, потому, что на жизненном пути мне повстречалось множество замечательных людей, не раз поддерживавших меня словом и делом. Среди них - руководитель пионерской обсерватории Всероссийского пионерлагеря "Орлёнок" Станислав Сергеевич Воинов, сотрудники этой обсерватории Лилия Николаевна Филлипова и Виктор Окнянский.

Многолетняя дружба и переписка связывала меня с постоянными гостями космических праздников "Орлёнка". Это, прежде всего, ученый секретарь "Секции по проблемам связи с Внеземными Цивилизациями Академии Наук СССР" и председатель "Комиссии по АЯ (Аномальным Явлениям)", Лев Миронович Гиндилис. В семидесятых годах он высылал мне в Баку бандероли с запрещёнными текстами и эксклюзивной информацией по АЯ.  

С крупным специалистом по дальней космической связи, автором книги "Кто вы?" (по проблемам Внеземных Цивилизаций) Николаем Тимофеевичем  Петровичем нас связывала не только личная дружба (несмотря на разницу в возрасте), но и дружба моего сына с его внуком.

Психолог отряда космонавтов Левон Суренович Хачатурянц, участвовавший в отборе и подготовке Гагарина, Титова, Терешковой, Леонова и многих других наших самых первых и самых прославленных космонавтов, оказывается, во время Великой Отечественной Войны служил судовым врачом  в Краснознамённой Каспийской Флотилии, охранявшей с моря подступы к Баку. Поэтому меня он воспринимал как земляка и рассказал мне о подготовке космонавтов много такого, о чём не рассказывают ни в прессе, ни по телевидению до сих пор.

Первую мою выставку в "Орлёнке" открывал знаменитый космонавт Георгий Михайлович Гречко, большой любитель и знаток научной фантастики. Увидев выполненный мною портрет Эрга Нора, с "ёжиком" седых волос, Георгий Михайлович провёл по такому же "ёжику" на своей голове и иронично заметил: "жаль, я только этим на него похож, всю жизнь мечтал так выглядеть"

Кстати, главный редактор журнала ТМ ("Техника Молодёжи") Василий Дмитриевич Захарченко много лет спустя, в восьмидесятых годах, сказал мне, по секрету, что мужики из жюри конкурса "Мир завтрашнего дня" "запали" на изображённых мною дам, а женщины из жюри "балдели" от моих мужиков.

Большую моральную поддержку на рубеже шестидесятых-семидесятых годов оказал мне писатель-фантаст Юрий Михайлович Медведев. Он тогда работал заведующим отделом фантастики ТМ и первым выделил мои рисунки и картины, присланные на конкурс "Мир завтрашнего дня".

Увы, в более поздние годы Юрий Михайлович, ставший редактором фантастики всего издательства "Молодая Гвардия" по словам составителя сборника "Фантастика 78" Александра Осипова "зарубил" мой рассказ, отобранный им, Осиповым, для печати. "Тищенко хороший художник пусть и концентрирует все силы в этом направлении", - сказал, якобы Медведев Осипову.  

Большое вам спасибо, Юрий Михайлович!  Серьёзно, без шуток. Ведь я и впрямь мог разорваться  между литературой и живописью. Кстати, режиссёром анимационного кино я стал как раз для того, чтобы синтезировать свои способности и сконцентрировать в направлении главного удара (перефразируя Наполеона). В большинстве своих фильмов я был не только режиссёром, но и сценаристом, и художником-постановщиком.

Не могу не отметить огромное влияние, которое оказало на меня общение с известными Бакинскими писателями-фантастами Генрихом Альтовым, Валентиной Журавлёвой, Евгением Войскунским, Исаем Лукодьяновым,  Павлом Амнуэлем и другими замечательными литераторами.

Особенно плотно в начале семидесятых я сотрудничал с Павлом Амнуэлем, работавшим над "Учебником фантастики", и Генрихом Альтовым, редактировавшим этот учебник. Для этого трактата я выполнил много десятков иллюстраций, но напечатать его так и не удалось.  Учебник был размножен в небольшом количестве экземпляров (меньше ста) на электрографическом аппарате Бакинского Винзавода и разослан в такие научно технические центры страны, как Дубна и Новосибирский академгородок. Так виноделы Азербайджана посодействовали научно-техническому прогрессу, поскольку учебник был написан для общественных институтов методики изобретательства.

Перечислять замечательных людей, с которыми меня свела судьба,  я могу очень долго и заранее прошу прощения у всех, кого не упомянул в этой заметке.

Но вернёмся к вопросу  о том, почему меня так тянуло рисовать на космическую тему.

Во время испытаний и тренировок космонавтов их помещали в сурдокамеру, изолированную от внешних шумов, и оставляли на весьма долгий срок в полной изоляции. Через какое-то время у них открывались различные творческие способности, а ещё некоторое время спустя от сенсорного голода у многих начинались видения и галлюцинации.

Нечто подобное, видимо, происходило в детстве и со мной. Ведь я отставал от своих сверстников в физическом развитии (в первом классе я был самым низким в классе, несмотря на то, что в школу пошёл на год позже своих одноклассников), поэтому в детстве был довольно замкнут и предпочитал одиночество шумным ребячьим компаниям. Ведь дети часто бывают неосознанно жестоки и ненароком наносят душевные травмы тем, кто отличается от общей массы.

Так вот и получалось, что днём, когда  мама и бабушка были на работе, я подолгу оставался совершенно один. Видимо, я тогда настолько привык к подобному образу жизни, что оно совершенно не тяготило меня. В долгие часы одиночества я запоем читал, грезил о космических путешествиях, а позднее -  о неземной любви. Ну, и, конечно же, в часы одиночества я коротал время за рисованием и лепкой, уносясь всей душой в звёздные просторы.

Желание побыть в одиночестве нередко бывает у меня и сейчас, но жизнь заставляет крутиться, как белка в колесе и я никак не могу вырваться из этого замкнутого круга, чтобы вновь, как в детстве и юности посвятить всё своё время рисункам, картинам и скульптурным композициям…  

Смотреть галлерею "Звездных миров" >>

 

Галлерея миров нашего Солнца

 

 

 

 
     
 

 

 

Visual Art Banner Network

Art Banner System

Art Banner System

 

VArtBN

На главную страницу Написать письмо Информация об услугах

 

 

Копирование  и любое другое использование материалов, размещенных на данном сайте, без согласия автора запрещено!

 

Copyright:  Тищенко Геннадий Иванович © 2002-2006

Контакты: tishchenko-site@rambler.ru | телефон: 8 (915) 474-94-20

Разработка проекта: LeVViktorov

 

 

 

Palantir .....Точка . касаниЯ...... - www.levviktorov.com.ru Интepaктивнaя фaнтacтикa ПИШЕМ ВМЕСТЕ Ремонт квартир Сканирование. Перачть на ризографе. Тиражирование.

Rambler's Top100 Рейтинг SunHome.ru